КОНФЕРЕНЦИЯ "ЧЕЛОВЕК БУДУЩЕГО"

 

Университет критериально-системных знаний Портала духовных концепций

Геннадий Мирошниченко (Г. Мир)

_____________________________

 

ТОМ 2 и ТОМ 3 (электронный вариант)

Заказать Том 1 или Том 2 наложенным платежом (бумажный вариант)

 

Доклады: ТОМ 1

МЕДИЦИНСКАЯ МОДЕЛЬ ПОВЕДЕНИЯ ОБЩЕСТВА

Г. Мирошниченко

Стагнация цивилизации?

Откровение нашего времени

Медицинская модель общества

Жреческая религия или модель Природы

Поиски Этики Духа

Модель общества - это театр наркоза

Пересмотр категории страдания

 

Если бы Человек захотел стать всесильным, он бы начал с Любви. Он затопил бы мир Любовью.

Стагнация цивилизации?

Всё познаётся по плодам, – сказано в Евангелии.

Сегодня кризис общества выродился, прежде всего, в кризис личности, потерявшей смысл жизни или нашедший его в материальных ценностях.

Вспомним, что говорил о морали Лев Николаевич Толстой: она прошла этапы, когда была дикой, варварской и вступила в этап общечеловеческой.

Мы живём в такое переходное время, когда российская интеллигенция оказалась заброшенной и ненужной. Означает ли это, что идеологи общества как носители свойств защитного для личности иммунитета перевелись, ведь они всегда были выходцами из интеллигенции?

Оказывается, традиционная наука почти не может прогнозировать будущее, не говоря уж о том, чтобы выработать положительную стратегию управления. Она не оперирует Критериальностью Природы, отчего не может, как ни будет напрягаться, предложить миру новый взгляд, новую модель на мир, хотя бы понимание Глобального Критерия.

Неразумное общество и неразумная власть как часть Жизненного Потока Природы подчиняются глобальному закону Природы – закону безграничной экспансии. Но разум Человека – это та Божественная волшебная палочка-выручалочка, которой Человек обязан одарить Жизненный Поток Природы. И это тоже закон Природы.

Разум общества деградировал до безумства кучки олигархов, причем это безумство и выдаётся за новый курс. Сонный народ продолжает верить в сказку, как верил в неё тысячелетия.

Надвинулся всемирный потоп – вот как можно охарактеризовать отнятие у большинства уверенности в завтрашнем дне, ибо надежда на то, что труд обеспечит будущее, исчезла. Народ оказался разобщённым настолько, что каждый остался в одиночестве перед угрозой выживания.

Наступил варварский период выживания в одиночку, в котором каждый отдельный человек низведён до обычного элемента жизни Природы, не обладающего разумом.

Наступила эпоха голого дарвинизма – в таком деградированном обществе недочеловеков включился на полную мощь естественный отбор со всеми вытекающими стихийными и антиразумными последствиями.

Откровение нашего времени

Медицинская модель поведения общества – вот откровение нашего времени.

Все говорят, что наше общество и государство больны. Но что такое их болезнь и что такое их боль? И если у нас нет других терминов для обозначения состояния общества, кроме медицинских, чем является медицина для общества?

Медицина, кроме телесных заболеваний, выделяет лишь психические, духовные же не признаёт за болезнь. Она берётся лечить наркоманию теми же методами, что лечит и тело. Абсурд! Болезнь искажённого смысла жизни лечить, как лечат тело!

Свою примитивную модель, известную из кибернетики, как модель «чёрного ящика», медицина навязала обществу. Как показывает анализ сознания и психики общества, медицина больше всех влияет на сознание и подсознание общества, ибо от всего остального человеку хоть куда-то можно спрятаться, а от себя, больного, никуда!

И если мы хотим говорить о духовности и нравственности общества, мы обязаны принять и термин «подсознание» общества, где обитает наш дух и дух общества.

Оказывается, что общество как живой организм придерживается медицинской модели поведения. Однако, медицина со времён жрецов осталась настолько мистической, что она по-прежнему идёт на прямой и грубый обман: выдаёт за медицинские болезни людей то, что ей неподвластно: наркоманию, алкоголизм и подобные ментально-духовные преступления человека перед Богом.

Она их лечить не может, это знают все, но продолжают ей верить. Почему? Потому что нет другой медицины, нет другой модели общества.

Медицина, бросившись, якобы, с благими целями лечить человека, на наших глазах превратилась в хорошо отлаженную мировую машину по производству болезней, чем сильно дезориентировала вообще всё человечество. Причём, производство болезней достигло такого высокого уровня, что прежде других групп населения это проверили на себе сами врачи укороченной продолжительностью своей жизни по сравнению с продолжительностью жизни своих пациентов.

Медицинская модель общества

Любой мало-мальски знакомый с кибернетикой человек скажет, что обратные связи в такой системе человек-общество оказались разорванными. И не только самоорганизация по глобальному критерию, а простое устойчивое управление в такой системе в ближайшие десятилетия под большим вопросом. А всё это есть прямая и непосредственная угроза нашей с вами безопасности не только с точки зрения целостности страны, но и человечества.

Власть – это те же жреческие манипуляции по управлению государством и обществом на основе медицинской модели поведения.

Мы помним, что жречество стояло и стоит на мистике, то есть на тайне. Тайна везде, где нет доказательств, где нас достаёт абсурд. Медицинские тайны – это самые интересные тайны, ибо медицина, не зная о Человеке больше его тела, тем не менее, заявляет, что нужно подходить к душе, психике, сознанию только так, как считает она, и никак иначе!

Мы с вами как бы понимаем, зачем нам, обществу, государству, кроме той же медицины, нужна армия в таком виде, наука, религия, сама силовая власть, то есть прокурор, милиционер, судья. Без них нельзя! Без них не станет государства, порядка, дисциплины!

Мы с вами живём надеждой на то, что государство в лице своей власти защитит нас от произвола и от бандитов, даст гарантии прав на жизнь, на труд, на свободу. Как в медицину мы продолжаем верить в государство, а оно своею властью обмануло уже много-много раз, не дав ожидаемого, обобрав нас до нитки.

А здорово ли такое общество своим разумом, если в нём растёт количество судей, милиционеров прокуроров, и чиновников, которые во всех видят только преступников и их производят, как медики во всех видят больных людей и производят их.

Причина этого дикого положения в том, что верховная власть не провозгласила духовный идеал жизни Человека, ибо духовность понимается только религиозная. А если в государстве не провозглашён духовный идеал, то «свято место пусто не бывает». Как к месту тут народная мудрость. Взращена непроходимая дикость антидуховности.

Культура в переводе с греческого означает возделывать, взращивать. Что мы взращиваем?

Наша интеллигенция, будучи всё советское время в идеологической оппозиции к власти, хоть как-то влияла на власть и её решения. Интеллигенция прошлого несла по-своему своеобразный духовный заряд культуры, опираясь в своём духе на образование и воспитание. Сейчас её влияние сведено на нет, ибо она медицинской модели общества и жрецам власти не нужна. Ну разве что в качестве мешающего больного.

У нас почему-то сразу заболело всё сразу: экономика, свобода, чиновничество, правительство, та же милиция, прокуратура, судебная власть, наука и прочее, и прочее.

А ведь что произошло со страной с медицинской точки зрения: больной, но ещё целостный организм СССР чисто хирургическим путём расчленили. То, что хирурги считали лишним, убрали, отрезали. Но самое главное, выпустили кровь, ибо кровь общества – это не экономика сама по себе, это денежная масса государства и народа. Ну что будет, если почти всю кровь выпустить из организма?

Её, правда, не просто выпустили, её собрали в хранилища, которые находятся от нас далеко. Но ведь вот интересно: из нашего общества всё так же продолжают выпускать кровь. И если вначале это было незаконно, то теперь узаконили, и мы с вами, всё наше государство превращено, вообще говоря, в очень большого и очень производительного донора, из вен которого идут трубки на ту сторону!

Жреческая религия или модель Природы

Такое управление есть жреческая религия. Врач как профессионал должен делать своё дело, то есть делать больных, здоровые ему ни к чему. Милиционер должен ловить преступников. Если их нет, то он, чтобы оправдать своё профессиональное назначение, будет их делать. Законопослушные ему ни к чему. Военный будет делать врагов и кровавую бойню. Мир ему ни к чему. Священник – верующих. Чиновник – взяточников. Остальные представляют лишь отряд потенциальных больных, преступников, врагов, учёных, верующих.

Медицинская модель общества примитивна, животна, агрессивна, эгоистична и антидуховна. Она навязана некритериальным разумом.

Природа живёт по другой модели. И Человек должен жить по модели общечеловеческой духовности.

Медицина в своём обмане парадоксальна: приступая к лечению, она обещает полное выздоровление, как будто не замечая, что существует старость. Находясь же в процессе лечения человека, она подводит его к мысли о счастливой насильственной смерти через эвтаназию, которую она относит к системе здравоохранения (!).

Счастливая смерть – это и есть здоровье по-медицински. Неужели же получается так, что высшим смыслом жизни является смысл жизнеугнетения?

Нельзя забывать, что медицина и общество составляют единство, в котором действуют законы парабиоза: общество будет настолько старо, насколько стара медицина.

Поиски Этики Духа

Абсурдность нашей жизни иногда поражает масштабом слепоты: мы изо всех сил боремся с любовью, а думаем, что преодолеваем ревность или зависть. Мы стремимся к комфорту, а получаем душевную пустоту.

Однажды, много лет назад, я, наблюдая борьбу добра со злом и участвуя в этой борьбе, поставил себе странную задачу: попытаться разобраться в том, что же такое этика человечества. Я понимал, что именно она указывает путь нашего движения в будущее, тем или иным образом обосновывая применение добра или зла в качестве средств при достижении наших целей.

Мне нужно было понять, что Этика спускается к нам, заставляя нас подчиняться ей всё больше год от года, а не мы выдумываем её, как нам заблагорассудится.

Задаваемые самому себе вопросы завели меня в глубины критериальных пространств. Ожидая, что тем или иным путём я всё равно выйду на Высшие Духовные Ценности человечества, на религиозную этику, я забрёл в дебри человеческих отношений, где соседствовали боль и счастье, любовь и ненависть, вера в Бога и безысходность, жажда Жизни и стремление к Смерти.

И я понял, что Этика - это некий водораздел, Горный Хребет Человеческого Духа, прежде всего, а потом уже - это наука и практика поведения и мышления. Я стал исследовать больного и здорового человека, анализировать наши отношения с точки зрения их качества, чтобы понять истоки Этики.

Я подступался к Этике с позиций биологии и зоологии, физики и математики, психологии и философии, религии и антропологии, пытаясь оправдать существующее в этических традициях общества насилие над личностью, его негуманность.

Модель общества - это театр наркоза

Я много раз испытывал шок от проявления откровенного абсурда, принятого людьми за истину. Но окончательный переворот в моём представлении общества и места Этики в нём осуществился, когда я уверился, что модель общества - это театр, роли в котором исполняют врачи и пациенты на основе правил принятой ими этики. Никакой другой модели и близко не просматривается. И тогда я успокоился.

Мне возразят экономисты и финансисты, потом, возможно, власть предержащие - гражданские, военные, силовые, религиозные деятели, - а потом, хотя вряд ли, сами врачи. Пациенты, скорее всего, со мною быстро согласятся, потому что они составляют основу для экспериментов и тех, и других, и третьих и вполне осознано это понимают, и с охотой ли или без особой охоты, вынужденно, отдают себя в рабство к эскулапам.

И все эти три армии «анестезиологов», «терапевтов» и «хирургов» на основе выданных им «лицензий» проводят свои «научные» изыскания за счёт здоровья отупевших от «анестезии» безропотных пациентов, составляющих «тело» общества.

А.П. Зильбер [1] , ссылаясь на опыт за рубежом и лишь относительно принимая такие проявления за ошибки врачей, говорит о том, что каждое подобное «осложнение» у пациента может стоить дорого при судебном разбирательстве - до 9 миллионов долларов!

Как же дорого обходятся аналогичные «осложнения» при «болезнях» в обществе и при их «лечении шокотерапией», «хирургией» или «психотерапией», например, когда «анестезии» в нём явно недостаточно!

Поэтому возникает теперь уже законный вопрос: где тот водораздел, который отделяет полную анестезию, отупляющий наркотик общества, от оправданной логикой необходимости действий?

К сожалению, общество - это организм, который почти всегда находится под наркозом. Очень большая часть этого общества полностью отключается от здравого и высшего смысла и делает то, что хотят «врачи» общества - финансовые олигархи, власть в лице администрации, силовых ведомств, духовенства и, снова, медиков.

Чаще всего и логика общества - это оружие всё той же общественной наркомании: «так принято», «таковы традиции», «таковы законы». Ведь сознанием, сохраняющимся под наркозом логики, лозунгов, деклараций и требований, обладает подавляющее большинство людей.

Пересмотр категории страдания

Профилактические структуры общества в России и в мире - это представители души общества, созидательная часть общего культурного слоя, интеллигенция, мудрая часть всего населения - не всегда и не везде находится в существенной оппозиции к отвечающей за «болезнь» надстройки. Поэтому и «перетягивают канат» в философии Жизни последние, отдавая себя на усмотрение таким знающим своё дело «врачам».

Психология угнетения формируется в обществе автоматически, благодаря общечеловеческой доверчивости к своим «врачам». Ибо каждый из «врачей» общества - это производитель «своей продукции».

Более того, талант оказывается втянутым не просто в эту игру на стороне жизнеугнетения, но он иногда производит своего рода контрреволюцию в смысле стимуляции в обществе негативных медицинских тенденций.

Это относится, прежде всего, к результатам воздействия на сознание людей через литературные источники и средства массовой информации, оценка которых с позиций духовности и созидательной конструктивности мира может быть чрезвычайно низкой. В поэзии это – трагическая лирика целиком, в прозе – во многом творчество даже таких писателей, как Ф.М. Достоевский и Л.Н. Толстой. Причём Толстой в последние годы своей жизни откровенно признал жизнеугнетающий характер своих произведений как антидуховный.

Достоевский писал: «Я думаю, самая главная, самая коренная духовная потребность русского народа есть потребность страдания, всегдашнего и неутолимого, везде и во всём». По Достоевскому страдание заключено в самом счастье: «У русского народа даже в счастье непременно есть часть страдания, иначе счастье его для него неполно» [2] .

Однако, необходимо заключить, что страдание и сострадание вышло за рамки потребности, оно не является потребностью, оно – природный инструмент, без которого невозможно подняться к духовности, без которого духовности просто не существует. Есть императив Природы, а не потребность.

Страдание является потребностью тогда, когда пространство духа только-только начинает формироваться. Оно потом, постепенно, уступает своё место любви, когда человек не может жить без ощущения постоянного присутствия в его жизни великих потоков духовной энергии.

Страдание становится дьявольским инструментом Природы, когда происходит по каким-либо причинам отказ от любви у человека.

Отказ от Любви как от Бога – это смирение с ужасом Жизни, который тут же, немедля, и набрасывается на свою жертву, принуждая её довольствоваться завистью, жадностью, иронией или злобными интригами.

Что же лучше: бороться за свою любовь или ждать, когда само собой она вдруг вырастет в душе и в чувстве? Что на этот счёт говорит Этика?

Стагнация цивилизации?

Откровение нашего времени

Медицинская модель общества

Жреческая религия или модель Природы

Поиски Этики Духа

Модель общества - это театр наркоза

Пересмотр категории страдания


[1] Зильбер А.П. Этика и закон в медицине критических состояний. «Этюды критической медицины», т. 4. - Петрозаводск: Изд-во ПетрГУ, 1998. – 560 с.

[2] Достоевский Ф.М. Возвращение человека. – М.: Сов Россия, 1989. с. 208